[indent]Когда Ральф припарковался возле собственного подъезда, на город уже начали спускаться сумерки. Во дворе на удивление никого не было, несмотря на довольно теплый вечер. Даже соседская бабка вместе со своими подружками непривычно отсутствовала на лавке под окнами, вероятно переключившись на соседний двор, где, видимо, наркоманов и проституток было в разы больше. Знали бы они...
[indent]Ральф хмыкнул, открывая заднюю дверь и оглядывая почти бездыханное тело Стервятника. Пока они возвращались в город, тот несколько раз что-то порывался бормотать в бреду. Мужчина сумел разобрать только "Макс", "Рыжий-сука", "Хранитель времени" и, как ни странно, собственное имя. Всё-таки бывший крысиный вожак не обманул, он нужен был Рексу. Снова, как и два и четыре года назад.
[indent]- Блядство! - мужчина зло сплюнул себе под ноги и принялся вытаскивать Стервятника на свет божий, тот никак не помогал, лишь безвольно болтая длинными руками и ногами. Ральф мысленно был благодарен, что никто не встретился ему ни по дороге до подъезда, ни на лестнице. В целом ему было плевать, но Стервятник настолько плохо выглядел, что у соседей могли бы возникнуть вопросы, уж не замучил ли его сам Р Первый до смерти.
[indent]Квартира встретила их привычным полумраком и тиканьем настенных часов в тишине. Ральф сгрудил свою ношу на диван прямо в одежде. Нянька он ему, что ли? Подумав немного, мужчина всё-таки стянул с Рекса ботинки и укрыл пледом. Пусть спит, от него сейчас всё равно большего не добиться.
[indent]Сам Ральф прошел на кухню и одну за другой выкурил пять сигарет, очнувшись только тогда, когда в пачке осталась последняя. Совсем прекрасно! Благо, он вовремя вспомнил про утреннее подношение Рыжего и, оглядевшись, действительно нашел на подоконнике среди пустых банок из-под кофе, переделанных в пепельницы, непочатую пачку Marlboro. Значит, как-то эту ночь он всё-таки сможет пережить.
[indent]Мужчина вернулся в комнату и долго стоял, глядя на валяющегося в отключке Стервятника, прислушиваясь к его еле слышному дыханию. Он подошел и пару раз похлопал парнишку по щекам, но никакого результата это не принесло. Рекс лишь завозился и отвернулся к стене. Ну, хотя бы жив и то ладно.
[indent]Ральф переоделся в спортивные штаны и растянутую футболку и уселся на свою кровать, издалека поглядывая в темноте за едва вырисовывающимся силуэтом Стервятника. Еще не хватало, чтобы он тут кони двинул от передоза. Кто знает, сколько этот придурок успел сожрать или вколоть в себя всякой дрыни. Было бы неплохо прикрыть коммуну Рыжего как наркопритон, блять! Мужчина со злости саданул кулаком прямо в стену, наверняка перепугав бабку, видящую десятый сон в квартире по соседству.
[indent]Нет, конечно, он понимал, что рексовых талантов вполне хватало на то, чтобы находить себе наркоту и без посредников, вернее самому же ее и изготовлять, ноо то, что Рыжий никак ему в этом не препятствовал, отчего-то сильно раздражало. Спать было никак нельзя. Вдруг Стервятник вздумает блевать и задохнется собственными рвотными массами? Удивительно, что с ним этого не произошло еще там, в коммуне.
[indent]Ральф поднялся и прошел обратно на кухню, поставив чайник, чтобы сделать себе отвратительного растворимого кофе, а заодно выкурить еще пару-тройку сигарет. Чайник издавал отвратительные звуки, подпрыгивая на плите, как бешеный. Наверное, пора прокипятить его с лимонной кислотой, говорят, она избавляет от накипи. Где-то во дворе надрывно лаяла собака, то ли ругаясь на праздно шатающихся алкашей, то ли заприметив кошку, то ли попросту от собачьей безысходности.
[indent]Ральф заварил себе кофе покрепче и привалился к стене, прикрывая глаза. Это был бесконечно долгий день, а ему еще предстояла бесконечно долгая ночь.

[indent]Мужчина резко распахнул глаза и едва не подскочил на месте как ошпаренный. В квартире по-прежнему стояла тишина, на кухне горел свет, рядом стояла кружка с давно остывшим кофе, а за окно уже начинал заниматься рассвет. Он рванул в комнату, сразу же поняв, что зря так дернулся, уже не мальчик всё-таки, а спина от сна в неудобной позе порядком затекла.
[indent]Впрочем, кажется, он проснулся как раз вовремя: Стервятник тоже решил, наконец, вынырнуть из своего наркотического сна и теперь барахтался на диване, как перевернутая на спину черепаха, пытаясь найти хоть какую-то точку опоры. Ральф зажег ночник и присел перед копающимся на полу (когда он туда успел перебраться-то?) Рексом.
[indent]Выглядел тот еще хуже, чем накануне днем, когда мужчина обнаружил его в коммуне Рыжего. Волосы спутались, то, что когда-то было стрелками на глазах, давно размазалось в непонятное черное пятно, но Стервятник, отдать ему должное, даже пытался принять более-менее вертикальное положение в пространстве. Правда, удавалось это ему не очень.
[indent]Наконец, их взгляды встретились, и Ральф заметил весь спектр эмоций, промелькнувший на лице бывшей Большой птицы в момент узнавания. Тут был и страх, и удивление, и ненависть, и даже какая-то иррациональная радость.
[indent]- И тебе доброе утро, Стервятник, - Ральф хмыкнул, поднимаясь на ноги и усаживаясь на край своей кровати, - Вчера ты был более любезен.
[indent]Мужчина с каким-то внутренним садистским удовольствием отметил, что Рекс не совсем еще пропил и прокурил мозги и явно кое-что помнил об их вчерашней встрече, хотя, должно быть, списывал всё на галлюцинации.
[indent]- А тебе самому-то нравится? Вот это вот предел твоих мечтаний? - Ральф закатил глаза, - Ванная справа по коридору. Если наблюешь мне на пол, то убирать будешь сам,  и, чуть смягчившись, добавил, - Я пока сварю тебе кофе.
[indent]"Спасибо, Ральф, было бы вполне достаточно", - мысленно подумал мужчина, испытующе глядя на унылые попытки Стервятника встать, и тяжело вздохнул, - "Вот тебе и доброе утро!"

[indent]Да, собственно, ничего он не знал о мечтах Стервятника. Они как-то тупо расстались в ночь выпуска из Дома. Тупо - это самое подходящее слово. Они все выпили, Ральфа даже удостоили чести поприсутствовать на последней Ночи Сказок, хотя он готов был биться об заклад, что многих его присутствие явно раздражало, потому что мужчина не мог попросту заткнуться и продолжал задавать множество вопросов. Под утро к нему заявился пьяный Стервятник. Что-то мямлил, пытался мять рубашку Ральфа своими длинными ногтищами, в итоге, разумеется, полез целоваться. Р Первый отлично помнил, что даже прекратил это не сразу. Чёрт знает почему! Словно бы ему было это нужно не меньше, чем этому хромому изломанному жизнью пацану. Но, тем не менее, Ральф это прекратил, деликатно отстранив Рекса от себя, а потом еще добил того получасовой лекцией о том, что это неправильно, у них большая разница в возрасте, и Стервятник непременно найдет себе кого-то более подходящего. Рекс, конечно же, согласно кивал, но с каждым словом делался печальнее и как будто бы ниже ростом. Но бывший воспитатель в тот момент действительно был уверен, что поступает правильно! Ну, какая они пара? Он ведь для Рекса уже старик, хотя Ральфу не было даже сорока, но всё равно между ними пропасть. Разный возраст, разный жизненный опыт... да всё разное! У Стервятника могла быть впереди вся жизнь, а у Ральфа... только его прошлое в Доме. Было бы идеально остаться там навсегда, замурованным в серые стены, и пусть бы их потом сравняли с землей бульдозерами. Один чёрт, в наружности ему ничего не светило. Как оказалось, Р Первый недалеко ушел от своих воспитанников.

[indent]В ванной зашумела вода, и мужчина ушел на кухню, чтобы соорудить наконец нехитрый завтрак. Несколько раз он прислушивался, проверяя не натворил ли там чего лишнего Рекс. Когда того явно вывернуло, Ральф хмыкнул, возвращаясь к изготовлению омлета и варке нормального кофе, а не того растворимого дерьма, что планировал пить ночью.
[indent]Рекс проскользнул на табурет возле стены, и мужчина наконец смог его нормально рассмотреть. Без боевого раскраса индейцев майя Рекс выглядел как нормальный парень. За два года у него еще больше отросли волосы и словно бы сильнее заострились черты лица. Стервятник выглядел старше, чем Ральф помнил его в Доме, хотя без черных стрелок ему вполне можно было дать и восемнадцать. Без своих странных шмоток этот юноша казался каким-то беззащитным и легко уязвимым. Ему только и оставалось, что дерзить Р Первому в ответ на всё хорошее. что он уже успел для него сделать за прошедшие сутки.
[indent]- Дальше мы будем завтракать, - Ральф пододвинул к Рексу тарелку с яичницей и чашку свежесваренного кофе. Ну, извините, он не шеф-повар. Не сгорела и то слава богу.
[indent]Но долго жевать под пристальным взглядом бывшего воспитанника мужчина не смог. Он тяжело вздохнул, откладывая вилку в сторону и возвращая свое внимание Стервятнику.
[indent]- Да, ко мне приехал Рыжий и попросил что-нибудь сделать для тебя. Тебе бы вообще-то стоило быть ему благодарным, - Ральф вернулся к ковырянию своей яичницы, - Представь себе, я не смог тебя там бросить. "Хотя стоило бы!"  Не могу просто стоять и смотреть, как умный парень, вроде тебя, гробит свою жизнь.
[indent]Мужчина отбросил вилку в сторону, и она противно зазвенела, ударяясь о стол. Ральф начинал злиться. Почему он должен объяснять взрослому человеку, что так нельзя? Всем нелегко, но все ведь как-то живут! Вот он ведь тоже как-то живет. Не спивается, не валяется под заборами и не пропадает в притонах.
[indent]- Ты думаешь, что только тебе тяжело? Пора уже наконец повзрослеть, Рекс, и понять, что мир не может вращаться только вокруг тебя. И не надо на меня так смотреть, - Р Первый придвинул к себе свой кофе, - Наверняка твоя бабка в восторге от такого поведения. Ты ведь разрешил ей жить в доме? Ну, ничего, еще немного и он вновь достанется ей, как она и хотела. Вот это вот твои мечты? - Ральф вдруг перегнулся через стол, встряхивая юношу за плечи, - Приди в себя, Рекс! Ты жив, относительно здоров... - мужчина на автомате глянул на больное колено Стервятника, - И... и ты можешь остаться здесь.
[indent]Ральфу очень хотелось добавить "со мной", но слова застряли где-то в горле. Оставалось надеяться, что Стервятник и сам догадается. С разгадыванием загадок у того всегда было лучше, чем у бывшего воспитателя.

[indent]Стервятник опять начинал говорить загадками. В Доме у них была своеобразная игра: Ральф задавал вопросы, а птичий вожак отвечал, но так, что запутывал мужчину еще больше. Ральф непременно начинал злиться, а Стервятник сбегал, сославшись на внезапно заболевшее колено. Вообще у Рекса обязательно начинало что-то болеть, стоило Р Первому затеять мало-мальски серьезный разговор со своим воспитанником. Странно, что сейчас Рекс до сих пор не пожаловался ни на один заболевший орган.
[indent]Ральф повернулся к подоконнику, забирая с него вчерашний трофей от Рыжего и пепельницу из жестяной банки и передавая Стервятнику.
[indent]- Только избавь меня, пожалуйста, от этого дерьма, не говори загадками. Я по горло сыт этим еще со времен Дома, - Ральф сделал паузу, наблюдая за реакцией Стервятника. Но тот сидел прямо, как умел только он один, и не выдал себя ничем, даже губы не задрожали. Это не могло не радовать. Еще не хватало ему истерик и ностальгии. "Дом, милый Дом".
[indent]- Я тебе не нянька, Рекс, ты это прекрасно знаешь. Я тебе по сути вообще никто. И ты можешь со спокойной совестью послать меня на три буквы и уйти снова шататься по притонам на радость собственной бабке, - Ральф тоже взял сигарету из пачки и теперь тряс зажигалкой, пытаясь вытащить из нее последнюю искру; в итоге плюнул на это дело и прикурил от газовой конфорки, - Но мне бы не хотелось, чтобы ты уходил и снова падал на самое социальное дно, хотя, зная тебя, ты наверняка уверен, что там тебе самое место, - голос прозвучал глухо и хрипло, словно последние слова дались мужчине с трудом.
[indent]Он вдруг подумал, что рад, что Стервятник не молчит, не замыкается в себе, а пытается дерзить, ощетинившись словесными иглами. Тихого и забитого Стервятника он бы не вынес. А сейчас Рекс на удивление привычно смотрелся на этом ободранном табурете, поджимая под себя больную ногу, как будто всегда был обычным атрибутом этой маленькой кухни с ржавым краном и потрескавшимся линолеумом. Даже бывшие вещи Ральфа смотрелись на юноше так же привычно, пусть и были ему заметно велики, хотя Ральф подбирал то, что ему давно было мало. И в какой-то момент мужчина подумал, что если Рекс решит уйти, то он, конечно, не сможет его остановить, но будет очень сожалеть об этом, хоть и не признается вслух даже самому себе.
[indent]Но, с другой стороны, в качестве кого Стервятник должен тут остаться? Ральф и сам не знал, хотя этот вопрос явственно читался в желтых птичьих глазах Рекса. Они не были родственниками, они даже друзьями не были. Более того, у Стервятника был собственный дом и, говорят, довольно большой, куда там Р Первому с его малогабаритной квартиркой. А взгляд блондина словно бы говорил: "Ну, давай, найди для меня повод остаться. Я пока его не вижу. А ты?"
[indent]- Ты не пробовал нигде учиться? С твоими способностями к химии и... - опять не те слова. Стервятник за столом напротив еле заметно кривиться. Почему всё так сложно-то?
[indent]В Доме было проще. В Доме у каждого из них была своя прописанная роль. Ральф - воспитатель, Стервятник - его подопечный. И никак иначе. А здесь в наружности всё перемешалось и встало с ног на голову. Кто они друг другу? Просто два старых знакомых? Две одиноких частицы в огромном космосе, которые много лет притягивались друг к другу, чтобы при соприкосновении оттолкнуться и разлететься в разные стороны из-за разности зарядов, а потом вновь много лет пытаться соединиться?
[indent]- Послушай... - Ральф вдруг накрыл ладонь Стервятника своей, чуть сжимая его пальцы и удивляясь, почему они такие ледяные, - Да, я всё еще считаю, что связываться со мной - это очень плохая идея. Для кого бы то ни было. Но еще я знаю, что, если отпущу тебя сейчас, то совершу очень большую ошибку, о которой потом буду жалеть.
[indent]Мужчина внимательно смотрел в желтые глаза напротив, пытаясь прочитать в них хоть что-нибудь: смятение, гнев, удивление, злость, радость... Но Стервятник всегда умел скрывать свои эмоции. Лишь дыхание его словно бы замерло, стоило Ральфу коснуться тонкой ладони.
[indent]- Выдыхай... - шепотом проговорил Ральф.

[indent]Стервятник стал разом каким-то тихим. Видимо, даже ему надоела вечная словесная пикировка. Мужчина даже забеспокоился, не перегнул ли он палку своими морализаторскими речами. В конце концов, они давно не в Доме, а Рекс - взрослый самостоятельный человек, который не нуждается ни в чьих советах. Время лекций о нравственности прошло.
[indent]Ральф бы мог рассказать, где он видит место Стервятника. Он всегда был очень умным и начитанным парнем. Р Первый иногда даже смеялся, что картёжный клуб потому и проводил свои встречи в библиотеке, что Птичий вожак себя там чувствовал наиболее комфортно. Рекс мог тоже добиться каких-то высот, подобно Сфинксу, если бы предпочел учёбу прожиганию жизни в притонах и на вписках. В Сером Доме Ральф не раз заставал своего воспитанника с книгой в руках на перекресточном диване или на задней парте в учебном классе, пока остальные птенчики делали вид, что слушают Бурундука. Иногда юноша даже спрашивал у воспитателя совета, что почитать, а потом приходил делиться собственными мыслями о той или иной книге. Ральф подозревал, что хитрая Птица просто искала повод проскользнуть в очередной раз в воспитательский кабинет.
[indent]И вот сейчас повзрослевший Стервятник сидит перед ним на его же собственном табурете с расшатанными ножками, ковыряет яичницу, пытается что-то отвечать и не сводит пристального взгляда невозможных желтых глаз с Ральфа. Просто сюр какой-то. Уходя с дорожной сумкой из Дома два года назад, мужчина был твёрдо уверен, что никогда и ни при каких обстоятельствах он не пересечется больше со своими коллегами или бывшими воспитанниками. И два года ему это успешно удавалось, несмотря на настырность Шерифа и редкие звонки Януса. Он вычеркнул пятнадцать лет своей жизни одним росчерком шариковой ручки, которой расписывался, забирая трудовую книжку. Ральф даже ни разу не приехал посмотреть на развалины Серого Дома, в котором провел, как говорится, лучшие годы своей жизни. И вот снова перед ним Стервятник. А вчера был Рыжий, Ангел, кто-то из бывших Крыс, кажется, Москит... Вроде в Доме часто что-то говорили про круги?.. Интересно, он теперь навечно обречён быть наставником... надсмотрщиком этих уже взрослых детей?

[indent]Рекс задавал какие-то глупые вопросы. Они словно поменялись местами. Теперь спрашивал Стервятник, а Ральф должен был отвечать. Отвечать ничего не хотелось. Что он ему скажет? Разве юноша чего-то не знает и сам? У них большая разница в возрасте, у Р Первого тяжелый характер и не менее тяжелая рука, он привык быть один. Он даже в Доме среди коллег всегда был один. А еще он, наверное, храпит и брыкается во сне. Этого давно никто не проверял, но мужчина не стал бы поспешно исключать такую возможность. Нет, Стервятнику не стоит с ним связываться. Наверное, нужно ему сказать об этом и подумать, что они будут делать дальше.
[indent]Но Рекс всё решил за него сам. Он поднялся со своего места, подался вперед, и, пока Ральф не успел сообразить, что происходит, прижался своими губами к губам мужчины. Губы у Рекса были шершавые и не многим теплее его ледяных ладоней. Они уже целовались прежде, поэтому ощущение не стало для Р Первого каким-то особенно неожиданным. Но поцелуи, которые случались у них прежде были всегда чем-то на грани отчаяния, попыткой добиться чего-то недостижимого. Стервятник в них требовал, а не отдавал. Этот же поцелуй был совсем иным. Это не было "всё или ничего". Просто робкая нежность, которую один человек мог и хотел отдать другому человеку.
[indent]Ральф не спешил перехватывать инициативу в этом поцелуе, но и не отстранялся. Стервятник сделал это сам. Тактичный, воспитанный Стервятник. Мужчина мысленно улыбнулся. Ну, вот, он уже просит прощения за свою дерзость. А ведь еще два года назад всё было совсем иначе... Тогда Ральф ответил на поцелуй, потому что знал, что Рексу это нужно. Ответил, а потом всё пресек на корню. Может, пора было отдавать долги?
[indent]- Никогда не извиняйся за чувства, - хрипло проговорил мужчина и погладил большим пальцем здоровой руки щеку блондина, - Продолжим? - Ральф вдруг абсолютно искренне улыбнулся, едва ли впервые за много-много лет.
[indent]Мужчина обхватил лицо Рекса ладонями, на этот раз сам став инициатором поцелуя. Только теперь всё будет по его правилам. Нужно было сделать это еще там, в Доме, а не строить из себя монаха-отшельника и евнуха в одном лице. Всё-таки он не железный.
[indent]Ральф углубил поцелуй, двинувшись вперед и, чувствуя, что юноша начинает терять ориентацию в пространстве, покрепче обхватил его руками, чтобы через мгновение резко впечатать спиной в стену, жадно исследуя языком рот Рекса. Рука в черной перчатке вжалась в стену возле головы блондина, а свободной ладонью он обхватил тонкие запястья Стервятника, поднимая их над головой.
[indent]Возбуждение жаркой волной прокатилось по телу, концентрируясь в паху. Ральф довольно бесцеремонно протолкнул колено между едва ли не подкашивающихся ног Рекса, прижимаясь к тому бедром и недвусмысленно давая понять, что прощения уж точно просить было не за что. Он абсолютно точно хотел этого нескладного пацана. Хотел еще тогда, два года назад, только пытался заглушать это в себе, прикрываясь долгом и педагогической этикой. Сейчас же руки у мужчины были полностью развязаны. Он больше не воспитатель, а Рекс не его подопечный. К тому же, ему давно не семнадцать.
[indent]При мысли об открывающихся в связи с этим всем перспективах возбуждение болезненно скрутило внизу живота и просторные домашние штаны в мгновение стали тесными. Он реагировал как пацан. Как будто ему самому было не больше двадцати пяти. Ральф оторвался от истерзанных губ Рекса, целуя его шею и линию скул. Да, он не брился со вчерашнего утра и на бледной коже вполне может остаться раздражение. Но Стервятник сам напросился!
[indent]- Я же предупреждал, что со мной лучше не связываться? - в промежутке между поцелуями спросил Ральф и опустил ладонь на пах юноши, чтобы закрепить достигнутый успех. Черные глаза, ставшие еще темнее от желания, прожигали насквозь, глядя чуть насмешливо. Вопрос только: кто к кому попался в капкан?

[indent]Стервятник и в Доме не производил впечатление наивного примерного мальчика-паиньки, а сейчас и вовсе раскрывался перед Ральфом совсем с другой стороны. Оказывается, эти пальцы, обычно с силой сжимающие рукоять винтажной трости (где он только взял ее в Доме?), или бережно ухаживающие за многочисленными растениями, могут творить такое, от чего у приличных людей уши краснеют. А эти губы, складывающиеся в кривую горькую усмешку, оказывается, могут доставлять настоящее удовольствие. Рекс ловко перехватил инициативу, стоило мужчине немного расслабиться, и вот уже Ральф прижат спиной к стене, а бывший птичий вожак - у его ног в весьма недвусмысленной позе. На мгновение Р Первый подумал, что, должно быть, Стервятнику тяжеловато стоять на больном колене, но эти мысли тут же выветрились из головы с первым же сорвавшимся с губ стоном.
[indent]Рекс делал всё настолько правильно и хорошо, что мужчина даже задумался, где он всего этого понабрался. Перед многими ли Стервятник вот так же стоял на коленях? Какая-то иррациональная злость охватила Р Первого. Злость на Стервятника, на его бывших любовников, на себя самого... Он с силой сжал длинные волосы Рекса, наматывая их на кулак, заставляя того брать глубже и буквально давиться его членом.
[indent]Но, в конце концов, чего он ожидал? Что бывший Птичий папа будет вечно держать обет безбрачия, пока Его Величество Р Первый соизволит обратить на него внимание? Рексу было всего двадцать. Он был молод и, конечно, в таком возрасте все хотят заниматься сексом. Эти сукины дети еще в Доме успели все перетрахаться после принятия Нового закона. Так что неизвестно, сколько Стервятник хранил невинность. И хранил ли ее вообще. Если верить их рассказам про Изнанку, то там и вовсе вожак Третьей был, если не ровесником Ральфа, то, по крайней мере, успел "намотать" почти тридцатку изнаночных лет. Может, он всему этому на Изнанке и научился. А это вообще не считается.
[indent]"Кажется, ты ревнуешь, Р Первый," - мысленно хмыкнул Ральф, чуть ослабив хватку, позволяя Стервятнику самому выбирать темп и глубину, на которую он готов принять его член.
[indent]Мужчина открыл глаза. Рекс всё делал так нежно и старательно, прямо как примерный ученик. Ральфу вдруг безумно захотелось, чтобы его юный любовник поднял на него взгляд. Ему казалось, что стоит их глазам встретиться, как Р Первый тут же кончит. И Стервятник, словно бы прочитав его мысли, медленно поднял глаза, словно ища одобрения у Ральфа.
[indent]Мужчина с громким стоном, буквально пересиливая себя, осторожно отстранил Стервятника. Но, заметив толику испуга в необычных желтых глазах, Ральф окончательно выпутался из своих штанов и белья и подхватил Рекса на руки. Не мог он позволить, чтобы кто-то испытывал мучения, когда идет в кровать, чтобы предаться плотским утехам. Стервятник несколько возмужал за прошедшие годы, однако, был всё таким же тонкокостным и весил не так много.
[indent]Положив свою драгоценную ношу на кровать, Ральф подумал, что в случае с Рексом подошли бы простыни из черного шелка, но таких в холостяцкой берлоге бывшего воспитателя не водилось. Только штампованное х/б, которое им раздали перед закрытием Серого Дома. Надо же какая ирония! Они не сделали этого в Доме, а сейчас собираются предаться страсти всё на тех же простынях.
[indent]Ральф медленно раздел своего юного любовника, чувствуя, как тот вздрагивает от каждого прикосновения, и принялся покрывать всё его тело невесомыми поцелуями. Он прошелся губами от ложбинки под шеей, поочередно очертил языком каждый сосок, спускаясь ниже и вырисовывая на животе неведомые узоры. Мужчина огладил нескладные бедра Рекса, аккуратно касаясь шрамов, оставшихся после операции и внимательно следя за реакцией. Рекс позволил касаться там, только задышал чуть чаще и прерывистее. Ральф решил больше не рисковать и сосредоточил свое внимание на чуть подрагивающем члене любовника, проведя языком по всей длине.
[indent]Интересно, есть ли у него дома презервативы? А если есть, то как давно у них закончился срок годности? И что использовать вместо смазки? Вроде в тумбочке где-то был вазелин... А захочет ли Стервятник, чтобы было проникновение? Наверное, стоило бы спросить о таком... Как много вопросов! Всё-таки зря Рекс с ним связался. Чёрный Ральф никогда не научится отключать голову и просто расслабляться. Никогда.

[indent]Ральф сначала не понял маневра Стервятника, когда тот поднялся с постели и пошлепал босыми ногами к стулу, на который мужчина повесил его вещи, в которых и забрал из притона Рыжего. Но Рекс быстро вывернул карманы и уже через мгновение вернулся, выкладывая на кровать перед Ральфом ленту презенрвативов и тюбик со смазкой. Клубничной. Господи, какая порнография. Спасибо, что презервативы без усиков для более острых ощущений. Хотя, зная Рыжего, Ральф не был бы так уверен. То, что всё это богатство не принадлежит Стервятнику, стало понятно почти сразу, стоило тому смущенно признаться в отсутствии умений.
[indent]Р Первый постарался не выдать себя даже по выражению лица, хотя удивлен он был очень сильно. Это Рекс, который шлялся по притонам и принимал наркотики, всё еще остается девственником? Впрочем, если он всегда был в таком состоянии, как мужчина его обнаружил, то до секса действительно вряд ли доходило. Вчера на ферме Рыжего он был так обдолбан, что у него бы точно не встал. Да и вряд ли бы у кого-то встал на эту диву в кожаных штанах в облипку.
[indent]Однако, девственность Стервятника совсем меняла дело. Если у него это первый опыт, то нельзя быть грубым. Ральф даже растерялся на мгновение. С девственниками он не имел дела уже давно и вообще был уже явно стар для этого дерьма. Но ему не могло не льстить то, что Рекс, получается, хранил себя для него все эти годы. Значит, все слова бывшего птичьего вожака перед выпуском были искренними. Он действительно его...  Ральф испугался возникшего в голове слова. Ему казалось, он давно подавил в себе эту способность. А вот ведь... Появился Стервятник, и глупое сердце затрепетало в груди как в юности. Может, и у них еще есть шанс?
[indent]Ральф аккуратно разорвал зубами упаковку одного из презервативов, стараясь не повредить его целостность, и, придерживая член увечной кистью, раскатал латекс по всей длине свободной рукой. Стервятник следил за действиями своего любовника во все глаза и предсказуемо нервничал, кусая тонкие обветренные губы.
[indent]- Ложись на спину, - попросил мужчина, - Я не сделаю тебе больно. Разве что чуть-чуть. Но я постараюсь, чтобы боли не было.
[indent]Рекс послушно улегся на подушку, нервно сжимая простыню под собой ладонями. Ральф вылил на пальцы немного смазки. В нос тут же ударил химозный запах клубники. Теперь вся комната провоняет этим запахом.
[indent]Мужчина осторожно провел между ягодиц своего юного любовника, чуть надавив и проникая внутрь сначала одним пальцем и следя за реакцией. Стервятник лишь шумно выдохнул, кажется, никакого дискомфорта он не испытывал. Это придало мужчине уверенности. Он медленно ввел палец глубже, не переставая следить за мимолетными изменениями на лице Рекса. Поняв, что бывший птичий вожак не возражает против большего, он добавил еще один палец, а через некоторое время и еще один. Стервятник прерывисто дышал через нос, но не сжимался и вообще не выказывал никакого сопротивления.
[indent]Ральф осторожно освободил пальцы, поднимаясь выше и целуя Рекса в губы, втягивая его в медленный и сладкий поцелуй, стараясь отвести от юноши всякий страх от предстоящей близости. Он осторожно приподнял его ноги, покрывая поцелуями больное колено. Где-то Р Первый читал, что так бывает менее больно в первый раз. Мужчина вылил еще немного смазки и толкнулся вперед, мучительно медленно входя в истерзанное тело Стервятника. От напряжения на лбу Р Первого появилась испарина, настолько он боялся причинить боль своему любовнику. Замерев на мгновение, Ральф вновь толкнулся вперед и, наконец, начал медленно двигаться, давая возможность привыкнуть и постепенно увеличивая темп.
[indent]- Позволь мне стать частью тебя... - хрипло прошептал мужчина на ухо Рексу, - Теперь так будет всегда.
[indent]И дальше всё смешалось. Перед глазами Ральфа мелькал цветной калейдоскоп, в ушах звенело, руки бездумно шарили по телу Стервятника. Их дыхания слились в один протяжный стон. Их тела теперь составляли единой целое. Ральф дышал Рексом. По его венам бежало имя Рекса. В его ушах звучал голос Рекса.
[indent]- Забудь, что когда-то было иначе... - шепнул Ральф, чувствуя, что проваливается куда-то в водоворот разноцветных спиралей. Должно быть, именно так и сходят с ума. Или умирают.

[indent]Он и забыл, что бывает так хорошо. Ральф был давно уже не мальчик, а работа в Доме накладывала определенный отпечаток и на личную жизнь в том числе. Он был слишком пропитан Серым Домом, слишком пророс в его испещренных надписями стенах, что живущие в Наружности не принимали его за своего и после того, как Дом закрыли и сторонились общения. Впрочем, мужчину это полностью устраивало. Он сам ощущал себя чужим в этом, кажется, до боли знакомом городе, где он когда-то родился и вырос. Не искал никаких ненужных связей и ненужных дружб. В нем поселилось что-то, что, должно быть, и отталкивало от него всех, кто не имел отношения к Серому Дому. Любители эзотерики, которых в последнее время развелось пруд пруди, сказали бы что-нибудь про ауру. У ральфа не было подходящего названия для этого. Аура так аура. Его вполне устраивало, что ни женщины, ни мужчины не стремятся свести с ним знакомство или, боже упаси, забраться в постель. Нет, с ним всё было в порядке и в этом плане тоже, и иногда даже накатывало, он всё-таки не был железным, но Ральфа всегда останавливало то, что с этими людьми нужно будет потом о чем-то разговаривать. Он себя не переоценивал. Секс - пять минут, а дальше-то что? Нет, это определенно того не стоило.
[indent]И вот в его жизни снова появился Стервятник. Навязчивый мальчишка, который в последние два года в Доме не давал ему прохода, который снился Ральфу ночами и после того, как всё закончилось и Дом снесли. Настырный Стервятник, внезапно оказавшийся самым близким Ральфу человеком и самым интересным собеседником. Р Первый и сбегал из Дома на пять месяцев именно потому, что уже тогда понимал, что рано или поздно он устанет сопротивляться Стервятнику, а ничем хорошим это закончиться не может.
[indent]И вот они вместе в одной постели занимаются сексом, о чем оба и мечтали прежде и чего так отчаянно боялся Р Первый. Боялся, что если это произойдет, он уже никогда не отпустит Рекса от себя, чем наверняка испортит ему жизнь. Но стоит ли сейчас об этом думать, когда тонкое молодое тело выгибается под тобой? Когда хриплый голос выстанывает твоё имя на ухо и умоляет не останавливаться?
[indent]Ральф и не останавливался, с силой двигая бедрами, уже перестав сдерживаться и бояться сделать Стервятнику больно. Тот так стонал, что все страхи ушли. Не может быть таким громким и податливым тот, кому неприятно. Р Первый ласкал бледную кожу своего любовника, покрывая ее поцелуями, касался рукой его члена, помогая скорее достичь разрядки. Мужчина понимал, что его самого надолго не хватит. Уж слишком долгим было предшествующее этому дню воздержание, а желание обладать слишком сильным.
[indent]Он шумно выдохнул, издав что-то среднее между стоном и рыком, и кончил, прижимаясь всем телом к телу Рекса, тяжело дыша ему на ухо. В голове не было ни одной мысли, словно секунду назад там произошел взрыв, сгенерированный Большим адронным коллайдером.
[indent]Ральф осторожно приподнялся, понимая, что, должно быть, тяжеловат для тонкокостного Стервятника, и перевалился на спину, бездумно глядя в потолок. Он повернулся к Стервятнику, услышав его неожиданное (кому ты врешь, Ральф?) признание, и провел кончиками пальцев по его щеке, убирая волосы от лица, а потом вдруг тихо засмеялся. На удивленный взгляд любовника Р Первый лишь замотал головой.
[indent]- Я проиграл в споре, что никогда не окажусь с тобой в одной постели, - Ральф всё еще пытался отсмеяться, - Напомни, что я там тебе должен?
[indent]А потом просто сгреб своего юного любовника в охапку, крепко прижимая к себе и шепча его имя вперемежку со словами любви, пока "Рекс" и "люблю" не слилось в одно бесконечно длинное слово.
[indent]Они долго лежали, прижавшись лбами друг к другу, вырисовывая какие-то непонятные узоры на грузи. Использованный презерватив давно валялся на полу, и Ральф уже начинал коситься на оставшиеся. Оказывается, порох в пороховницах бывшего воспитателя еще был. Но сейчас гораздо важнее была вот эта близость и нежность. Иногда прикосновения могут сказать гораздо больше, чем слова.
[indent]- Я был влюблен в тебя, там в Доме, - прервал молчание Р Первый, - Но никогда бы в этом не признался, даже если бы меня пытали каленым железом. Но ты и сам знаешь, - мужчина взял руку Рекса в свою, переплетая пальцы, - Мне казалось, что это неправильно. Даже сейчас так кажется. Но... я рад, что ты здесь, со мной. И... я теперь никуда тебя не отпущу.
[indent]И мужчина утянул Стервятника в очередной глубокий поцелуй.

[indent]Стервятник действительно никуда не ушел на следующее утро и на утро после. Остался в ральфовых стенах, постепенно мимикрируя под окружающую обстановку. Он даже не выглядел здесь чужеродно. Без макияжа Рекс был самым обычным парнем, но Ральф думал, что, должно быть, ему не очень комфортно, если обычно Рекс привык выглядеть как король бала вурдалаков, а, стало быть, нужно вернуть Стервятнику какие-то привычные вещи и косметику. От Рыжего они забрали не так много всего. Вероятно бывшему птичьему вожаку было наплевать, как он выглядит и сколько пробудет в коммуне, раз он не позаботился о смене гардероба.
[indent]Сегодня Ральфу нужно было на работу, и медовый месяц закончился, даже не успев толком начаться. Да, Р Первому тоже хотелось остаться с Рексом в квартире и никуда не ходить, но им нужно было что-то есть и чем-то платить за эту халупу. Поэтому он собрался, коротко поцеловал Стервятника и велел ждать его, однако, ключ от квартиры оставил. Если решит уйти, то тут уж Ральф ничего не сделает всё равно. Рекс мялся у дверей, комкая в длинных пальцах край футболки, и тоскливо смотрел на одевающегося Ральфа, словно провожал того, как минимум, на войну.
[indent]- Я вернусь, - мужчина положил руки на плечи Рексу, стараясь успокоить, - Я никуда не исчезну. Обещаю. И ты пообещай, что будешь здесь же, когда я приду с работы.
[indent]Стервятник быстро закивал, но всё равно продолжил смотреть так, будто вот-вот заплачет. Ральф поспешил выйти из квартиры, чтобы не рвать себе сердце, у него и так уже начали закрадываться мысли, чтобы всё бросить к чертям собачьим.
[indent]На работе спокойнее не стало, и Ральф даже в итоге позвонил домой, не выдержав беспокойных мыслей. Стервятник взял трубку и вроде даже повеселел, услышав знакомый голос. Дальше работалось спокойнее, и мужчина даже подумал о том, что вечером можно будет купить домой что-то сладкое. Дети из Серого Дома редко видели конфеты или пирожные. Должно быть, Рексу будет приятно.
[indent]Однако, сперва у него было еще одно дело, которое мужчина решил не откладывать в долгий ящик и после работы поехал не домой, а совсем на другой конец города.
[indent]... Дом находился в пригороде, на одной из старых улочек, нежелающих сдавать позиции перед наступающей со всех сторон урбанизацией. Это был добротный дом из серого камня, не роскошный особняк, но довольно большой и надежный. Старая изгородь утопала в зарослях плюща, но не аккуратно посаженного и растущего по воле садовника, а вьющегося там, где ему самому угодно. Всё в этом доме кричало о его былом величии, от которого остались лишь потрескавшиеся стены да заросший повиликой садик, когда-то разбитый в английском стиле. Когда-то и домом, и садом занимались, а теперь они доживали свой век вместе с одинокой хозяйкой.
[indent]Крёстная ничуть не изменилась за прошедшие два года. Она была из той породы людей, у которых трудно определить возраст, и им одновременно могло быть, как сорок пять, так и семьдесят. На вытянутом лице женщины не мелькнуло ни намека на удивление, когда она увидела на пороге Ральфа и молча пригласила его зайти в дом.
[indent]- Думала, что вы придете раньше, - женщина кивнула на кресло, приглашая Ральфа сесть, - Вы долго продержались. Мне казалось, что вы окажетесь у меня на пороге еще два года назад.
[indent]- Вам неинтересно узнать, как ваш внук? - Ральф вопросительно взглянул в серые холодные глаза Крестной, но та лишь спокойно налила в фарфоровую чашку чай из маленького голубого чайничка и подвинула ее к мужчине.
[indent]- Я прекрасно знаю, КАК мой внук. И, судя по всему, вы теперь тоже знаете.

[indent]Ральф приехал домой, когда на улице уже стемнело. Обеспокоенный Стервятник встретил его в дверях, словно так и просидел в прихожей с того момента, как мужчина вышел за порог квартиры. Р Первый молча поставил на пол какой-то винтажный чемодан с наклейками, изображающими Париж. Спортивных сумок в доме Крёстной не водилось.
[indent]- Прости, мне пришлось задержаться, - Ральф притянул к себе Рекса, успокаивающе поглаживая его шею, - Подумал, что тебе могут понадобиться какие-то вещи.